№ 9 » L'IMAGE RUSSE » Мадо, до востребования

Об Александре Адабашьяне впервые заговорили в семидесятые годы в связи с постановками Никиты Михалкова. С каждым новым фильмом его имя становилось все более и более заметным. В слаженной михалковской команде Адабашьян — так казалось со стороны — играл роль своеобразного мозгового центра, интеллектуальной опоры для чувственного гиганта Михалкова. Когда в отношениях назрел кризис и Михалков выпустил первый фильм «без Адабашьяна», в кулуарах злословили, что вот теперь-то король сразу предстанет голым. Но жизнь опровергла схему: самые большие заграничные успехи ждали Михалкова впереди. Что касается Адабашьяна, он достаточно быстро освободился от вспомогательных ролей (сценариста и художника), чтобы предстать самостоятельным кинематографистом. То есть режиссером. Пока не михалковского ранжира, но все же.

Немногословный и несветский, он не создавал имидж, не делился творческими прожектами. За кадром осталась вся сложнейшая работа по поиску финансистов, которые обнаружились не в Москве, а в Париже. И свой режиссерский дебют «Мадо» Адабашьян снял как чисто французский фильм, включенный на Каннском фестивале в программу «Перспективы французского кино» и отхвативший в ней главный приз. О российском происхождении парижски-субтильной «провинциальной мелодрамы» напоминал только Олег Янковский в роли обласканного славой европейского режиссера — чуть ли не Бертолуччи. Это произошло еще несколько лет назад — до того, как в игру вступила новая кинематографическая генерация. Будучи (не по возрасту — по биографии) представителем генерации старой, Адабашьян сразу выделился в ней качеством, которого не оказалось у других наших кинематографистов, принявшихся штурмовать западную систему на первой волне перестройки. Адабашьян не тусовался годами в парижских и берлинских салонах, не получал спонсорских подачек и бесконечных стипендий от разных благотворительных академий и фондов. Его путь — путь маргинала, «тихушника», который незаметно, стабильно, не спеша делает свое дело.

Вероятно, не обошлось без влияния Михалкова и его системы связей. Но не это главное. Главное, что Адабашьян вооружен всем, что необходимо для трудовой западной киножизни. Безупречный (французский) язык. Знание законов драматургии, работы с актером, арт-режиссуры, монтажа. Способность снимать маленькой группой. Отсутствие гигантомании (погубившей многих) и умение сосредоточиться на проекте реалистического масштаба. На сегодняшний день Адабашьян — автор «Мадо», обладатель премии «Европа Чинема» имени Феллини (лучшему европейскому сценаристу). Он имеет хорошую, спокойную творческую репутацию не только во Франции, но и в Италии. Кстати, его новый проект должен осуществляться на Корсике.