журнал СЕАНС
архив
авторы
фильмы
имена
блог
библиотека
English Summary
дети

25 декабря 2007

Из печати вышел второй сборник «Сеанс-guide», некоторые статьи из которого уже публиковались в нашем блоге. Мы выбрали 20 отечественных фильмов, от фестивальных призеров до кассовых чемпионов. Но самое главное — задали 5 важных вопросов 70 людям, которые делают кино, и опросили 30 критиков. Что взволновало, шокировало, порадовало и разочаровало в уходящем году?

Сеанс-guide 2007


Здесь мы публикуем лишь малую часть опроса (эксперты называют «главные события 2007 года»). Остальные ответы — в книге.

Алексей ГерманАлексей Герман, режиссер

Не было ярких героев — не было и ярких событий. По всей видимости, этот год запомнят как год смерти Бергмана и Антониони.

Юсуп БахшиевЮсуп Бахшиев, продюсер

Событие года — картина «12». Первый фильм Михалкова после многолетнего перерыва. Триумфальное возвращение великого режиссера.

Дмитрий БыковДмитрий Быков, писатель

Рекламная кампания «Груза 200». Продюсеры гениально прочувствовали запросы общества. В данном случае я имею в виду запрос на ауру запретности: «закрытые» показы, ограничение по возрасту в кинотеатрах, инфа о запрете на показ по ТВ. Еще до просмотра каждый смог ощутить возврат того времени, о котором картина сделана. Хотя впоследствии фильм прошел в кинотеатрах нормально и без эксцессов. Как оказалось, будучи крепкой работой, ничего такого уж скандального он из себя не представлял.

Александр ВелединскийАлександр Велединский, режиссер

Событие года — фильм «Отрыв» Александра Миндадзе. Глубокая, сверхэмоциональная картина. Смелый драматургический прием, когда намеренно пропускается фаза каждого события, а исследуется только реакция на него.

Екатерина ВолковаЕкатерина Волкова, актриса

Событие года — «Груз 200», конечно. В двух словах про это сложно. Это — настоящее. Концентрированный горький сок нашей жизни. Похоже на 1984 год или нет — неважно. Фильм не про время, а про место, где всегда так.

Владимир ДмитриевВладимир Дмитриев, киновед

Событие года — российские фильмы в Канне и в Венеции, что свидетельствует об интеграции российского кино в мировое пространство.

Александр РоднянскийАлександр Роднянский, продюсер

Конфликт вокруг фильмов «Груз 200» и «Простые вещи», расколовший кинематографическое сообщество на «Кинотавре».

Александр РоднянскийЮлий Гусман, режиссер, продюсер

Для меня событием года стало двадцатое вручение национальной кинопремии «Ника». Я считаю, это событие может оцениваться по-разному. Но я двадцать лет назад эту премию задумывал, а сегодня она стала заметным явлением нашей жизни. Ее ждут и попасть на нее считают за честь.

Александр РоднянскийИван Лебедев, режиссер монтажа

«Отрыв» Миндадзе. И речь не о том, что Миндадзе пересел из одного кресла в другое. Событие не в этом. Событие (или вернее было бы сказать «открытие года-2007») — это сам фильм «Отрыв». Он содержит в себе нечто поразительно новое для сегодняшнего отечественного кино. Это по всем признакам дебют. Молодой, жёсткий и бескомпромиссный.

Алексей ПопогребскийАлексей Попогребский, режиссер

Для меня главным личным событием киногода стал «Кинотавр». Именно личным. Вот и все.

Марина РазбежкинаМарина Разбежкина, режиссер

Для меня событием года стал фестиваль «Флаэртиана», где я посмотрела много замечательного документального западного кино. Там мне пришлось осознать, что мы потеряли звание лучшего документального кинематографа мира, также как в свое время потеряли пафосное звание самой читающей страны в мире.

Марина Разбежкина Ираклий Квирикадзе, сценарист

Не произошло события, потрясшего кинематограф, зрителей, меня.

Сэм КлебановСэм Клебанов, продюсер

Смерть Бергмана и Антониони. Это символическое окончание ХХ века в кино, века великих авторов. Закончилась эпоха.

Константин МурзенкоКонстантин Мурзенко, сценарист, режиссер

Мне кажется, что событием года стал конфликт критиков на «Кинотавре», произошедший из-за того, что приз Гильдии поделили между «Простыми вещами» и «Грузом 200». Я видел обе картины в монтажках, когда они еще не были закончены, но уже в сыром виде они мне понравились. И то, что вокруг этих фильмов возник конфликт и спор, свидетельствует о том, что кино как-то еще живет, а не пребывает в спячке. По-моему, это хорошо.

Дмитрий МесхиевДмитрий Месхиев, режиссер

Фильм «Остров» Павла Лунгина. Пусть он сделан в прошлом году, но из-за телетрансляции стал событием этого года. Более ничего, что бы меня зацепило всерьез, назвать не могу.

Павел КостомаровПавел Костомаров, режиссер

«Груз 200» Балабанова, «Отрыв» Миндадзе. Фильм Миндадзе сам по себе, как явление искусства. «Груз 200» и как произведение искусства, и как детонатор взрыва в кинематографическом сообществе.

Александр ПрошкинАлександр Прошкин, режиссер

Для меня лично дебют Александра Миндадзе в режиссуре — событие безусловное. В наше время, которое меняет людей до неузнаваемости, и многие мимикрируют, пытаются успеть за временем, догнать его, — Миндадзе остается самим собой. Его и десять, и пятнадцать лет назад волновала человеческая боль, он и тогда, как и сейчас, задавался вопросом: как в нашей стране жить и выживать? И сейчас, как и тогда, он бесконечно искренен.

Алексей СидоровАлексей Сидоров, режиссер

Было несколько картин, которые произвели хорошее впечатление лично на меня. Но ничего равного «Брату» или «Возвращению» не появилось. Не появилось фильма, который стал бы событием для всех.

Александр ЛюбимовАлександр Любимов, продюсер

Балабанов с «Грузом 200». Для меня после «Замка» — это его лучшее кино.

Максим ПежемскийМаксим Пежемский, режиссер

Фильм «Груз-200». Наверное, потому что после него люди стали понимать, что «фильмы, о которых спорят» — это настоящий жанр. Честно говоря, он был всегда, только сильно поугас в эпоху межвременья.

Вера СторожеваВера Сторожева, режиссер

Для меня самое важное событие этого года — победа нашего фильма «Путешествие с домашними животными» на ММКФ. Поскольку это победа всего нашего коллектива, я не считаю, что говорить об этом нескромно.

Виктория ТокареваВиктория Токарева, сценарист

Удача года и провал года — «Груз 200». Ткань фильма стерео-скопическая. Режиссер очень талантлив, и вместе с тем эти мухи на трупах…

Виктор ТопоровВиктор Топоров, переводчик, публицист

«Груз 200». Так или иначе, Балабанову удалась лента, не оставившая равнодушным никого. Да и само по себе возвращение Балабанова in his best после двух проходных фильмов дорогого стоит.

Алексей ЧадовАлексей Чадов, актер

Фильм «12». Если Михалков — человек года, то «12» — явно главное его событие.

Валентин ЧерныхВалентин Черных, сценарист, продюсер

Событием киногода для меня стал фильм режиссера Ларисы Садиловой «Ничего личного». Она подтвердила свою значимость в современной российской режиссуре и открыла совершенно новое качество таких известных актеров, как Баринов и Кайдановская.

Николай ХомерикиНиколай Хомерики, режиссер

Для меня событием года стал кинофестиваль во Владивостоке.

Алекс ЭкслерАлекс Экслер, блоггер

Фильм «Груз 200» Алексея Балабанова. По поводу него ведутся такие баталии, что это безусловно — событие года.

Сергей ЧлиянцСергей Члиянц, продюсер

С точки зрения кинобизнеса, важных событий не было. Были только процессы, на мой взгляд, негативные. Год — блеклый. В художественном контексте, событие года — фильм Алексея Попогребского «Простые вещи».

Сергей СоловьевСергей Соловьев, режиссер

Я купил на Горбушке картину Годара «Жить своей жизнью» и пять раз ее посмотрел. Я ее не видел с 68-го, или с 65-го года, и для меня это самое большое кинематографическое событие года, потому что это абсолютно гениальная картина. И это абсолютная модель гениального кинематографа. Кинематографа будущего.

Павел СанаевПавел Санаев, режиссер

Для меня событием стал фильм, который практически никто не видел. Я сам его увидел совершенно случайно, потому что мы искали оператора для следующей картины, и нам посоветовали посмотреть эту работу. Мы не могли ее найти ни в видеомагазинах, ни в видеосалонах (только через Гильдию кинооператоров достали диск с этим фильмом). Я считаю преступлением, что картина находится в безвестности. И говорю я сейчас о фильме Константина Лопушанского «Гадкие лебеди».

Александр ЗельдовичАлександр Зельдович, режиссер

«Изгнание» Звягинцева. И считаю, что это во многих смыслах достижение российского кино. Я не хочу вдаваться в художественный анализ картины: какие-то вещи мне там симпатичны, какие-то нет. Но, бесспорно, это достижение.

Илья ХржановскийИлья Хржановский, режиссер

Что такое событие? Это что-то, меняющее ситуацию, положение вещей. Были хорошие фильмы, которые при всем желании нельзя назвать событиями для кино. Для меня событие года — это Алексей Юрьевич Герман, закончивший съемки «Трудно быть Богом» и приступивший к активному монтажу. Даже по тем крупицам фильма, которые я видел, можно сказать, что именно он станет главным событием следующего года. Какие еще были события? Вот подписали бумажку о борьбе с курением, алкоголем и эротикой в кино. Тоже событие. Киноискусству придают больше значения, огромное доверие оказано кинематографистам. Предполагается, что если на экране перестанут курить и бухать, то все это тут же прекратится и в жизни. Даже товарищ Сталин не оказывал киноискусству такого доверия.

Андрей СмирновАндрей Смирнов, режиссер, актер

Событие года для меня — фильм «Груз 200». Поступок настоящего художника.

Иван ДыховичныйИван Дыховичный, режиссер

«Груз 200». Есть люди, которые пытаются попасть в какой-то тон, найти конъюнктуру. Они ищут, чего хочет общество, ищут одобрения. Я не большой поклонник талантливого режиссера Балабанова, до этого он снимал не очень мне близкие картины. И вдруг он произнес нечто такое, что закрыло для многих из нас какую-то едва ли не самую главную тему. Сформулировал вещи, которые до него многие хотели сформулировать… Но не получалось.

Андрей ПлаховАндрей Плахов, президент FIPRESCI

Половина фильмов ММКФ и «Кинотавра» сняты женщинами-режиссерами — это событие.

Александр ЯценкоАлександр Яценко, актер

«Груз 200». Как член жюри на «Кинотавре» я не смог его отстоять. И не позволил, чтобы его зафиксировали в рамках «лучший сценарий» или «лучшее что-то еще». Это было именно событие года, фильм года.

Наталья Рязанцева, сценарист

Событием года считаю показ по телевидению прекрасного сериала «Доктор Живаго».

Сергей СельяновСергей Сельянов, продюсер

Человеком года я предсказуемо назвал Алексея Балбанова, и поэтому, наверно, понятно, что событием года для меня стал его фильм «Груз 200».

Александр ГордонАлександр Гордон, режиссер, телеведущий

То, что программу «Закрытый показ» отметили и критики, и официальная часть телеакадемии. На самом деле, это единственная дискуссионная площадка в сегодняшнем телепространстве. Не информационная программа о кино и не авторская программа о кино, а нормальная дискуссионная площадка. Поэтому давайте не будем скромничать.

Авдотья СмирноваАвдотья Смирнова, режиссер, сценарист

Фильм «Груз 200». Я считаю, что после «Маленькой Веры» это самое крупное событие в русской кинематографии. Это такая же веха. Фильм десяти-, а может, и двадцатилетия. Это очень страшный, но при этом очень взвешенный и интеллектуально осмысленный диагноз нации.

Константин ЭрнстКонстантин Эрнст, продюсер

Эффект премьерной телетрансляции фильма «Остров». В рождественский вечер люди хотели и увидели в фильме то, чего в нем не было, но они так хотели, что и увидели… Вот такой интересный эффект.

Елена ЯцураЕлена Яцура, продюсер

Ожидаемое падение рынка. Печальное, но самое важное событие года. Конец эйфории и золотой лихорадки.

Павел ЛунгинПавел Лунгин, режиссер

«Груз 200». Фильм, который потряс людей. Он мне понравился, но не за то, за что он понравился всем. Для меня это мощное и чрезвычайно личное высказывание о невозможности любви. А вся социальная линия мне кажется своего рода маскировкой.

Борис ХлебниковБорис Хлебников, режиссер

Назову картину «Простые вещи». Режиссер снимает заведомо ретро-историю, даже по стилю отношений людей в кадре, сознательно кивает в сторону ленинградской школы, — а при этом у него получается поразительно современное кино.

Клавдия КоршуноваКлавдия Коршунова, актриса

Было много фильмов, какие-то из них очень интересные, но все-таки не события. Для меня личным, но действительно сильнейшим кинематографическим событием стал фильм «Долгие проводы» Киры Муратовой, который я посмотрела в этом году. Он произвел на меня сильнейшее впечатление.

Константин ЛопушанскийКонстантин Лопушанский, режиссер

Для меня главным событием этого года стала смерть Бергмана и Антониони. Ушла целая эпоха. Кто-то скажет, что кончилось само кино.

Иван ОхлобыстинИван Охлобыстин, сценарист, актер

Лично для меня — замечательный немецкий фильм «Жизнь других».

Даниил ДондурейДаниил Дондурей, главный редактор журнала «Искусство кино»

Событие — реакция страны на фильм Лунгина «Остров». Не сам фильм, а январский рейтинг его на канале «Россия». Эти цифры говорят о том, что мы не подозреваем еще масштаба, с которым народ отвергает новую жизнь. Как и масштабов того, что стоит за этим. Как он считает всю современную жизнь неправедной. В данном случае фильм выступил в роли лакмусовой бумажки социальных настроений, как социальное исследование.

Лариса СадиловаЛариса Садилова, режиссер

Событие — «Груз 200». К сожалению, Балабанов снял фильм, который вновь ввел в кинообиход «эзопов язык». Если бы действие картины «Груз 200» разыгрывалось не 1984 году, а в наши дни, это был бы фильм десятилетия. Жаль, что этого не случилось.

Вячеслав ТельновВячеслав Тельнов, директор «Ленфильма»

Юбилей Санкт-Петербургской студии документальных фильмов — ей 75 лет. Поздравляю всех, кто каким-то образом был причастен к этой замечательной студии.

Кирилл ВасиленкоКирилл Василенко, звукорежиссер

В российском кино события выделить не могу. Год запомнится годом смерти двух кинодинозавров — Бергмана и Антониони.

Александр РасторгуевАлександр Расторгуев, режиссер

«Груз 200». Фантастически изобретательная кинокомедия. Шарада для критиков, красная тряпка для идиотов, хорошее кино для нас с вами.

В указателе фильмов:


61 комментарий

  1. Георгий W:

    Порадовал Расторгуев. Действительно смешной фильм Груз-200 получился.
    (Я вот, к примеру, в начале фильма откровенно зевал, потом пританцовывал под “Ариэль”, чтобы сбить сон, потом слегка возбудился при акте дефлорации, ну а потом уже стало весело, а сцена проезда по промзоне действительно впечатлила меня своей монументальностью, величием и красотой).

    Особенно смешны потуги горе-критиков использовать балабановский чернушный комикс в качестве дубины для борьбы с призраками прошлого все еще роящиеся в их головах и незамечющие, что в центральной сцене-метафоре фильма они и есть те самые трупные мухи, что кружатся над трупом почерневшего десантника, то есть собственно самим СССР.

    Непонятно только кто у Расторгуева идиоты. Те, которые вроде семейства Смирновых или напротив их оппоненты.

    PS.
    А где Матизен?

  2. Инна:

    А меня порадовала Клавдия Коршунова с “Долгими проводами” 1971 года :-)
    ***
    “Груз-200″, конечно, событие. Бесспорно.
    Смирнова, как всегда, наиболее точно формулирует. Действительно, диагноз нации.

  3. Георгий W:

    Инне
    “Груз-200″ - это бесспорно событие отечественной PR-индустрии.

    Насчет диагноза нации. В фильме нет ни одного персонажа которому можно было бы посочуствовать или сопереживать. Если такой монструозной видится Балабанову и Смирновой и Вам наша страна и нация (точнее народ или еще хуже население, нации у нас нет), то что ж.. я надеюсь, это хотя бы честно и потому заслуживает внимания.
    А вообще диагноз такая штука обоюдоострая. Может многое рассказать о реальном диагнозе диагностирующего, а также о его желании самоназваться докой (доктором, патологоанатомом) и присвоить себе право выносить вердикты.

    ***

    Дондурей оправданно пытается высмотреть общее в частном и уловить суть процесса. К сожалению, это редкость и потому вдвойне ценно.

  4. Человек.:

    Портрет одного Соловьева, а имя - другого. Надо б поправить!
    Д.Дондурей прав: народ не хочет и не будет жить так, как хочут Дондурей и новорусские друзья Дондурея.
    И еще смешной Лунгин: откуда он знает, за что понравился Груз-200 “всем”?
    САмонадеянная интелигенция на марше)

  5. Алексей:

    Что-то не то с фотографией Соловьёва …

  6. nachberlin:

    Спасибо, поправили.

  7. Инна:

    А где можно купить книжку?

    ***
    Георгию W

    Георгий, насчет диагноза нации. Речь идет о личных ощущениях каждого зрителя. Я считаю, что нация серьезно больна. Мы живем в больном обществе, многие адаптировались к этому микроклимату, кто-то живет на стимуляторах=телевизионном комбикорме, кто-то в несознанке… А кто не адаптировался - тому очень тоскливо и тошно. Тошноту эту я порой ощущаю именно физически. Считайте, что больна я, но фильм замечательно честный.
    Подробно про фильм мне не хочется говорить, но для меня это было одно из наиболее сильных впечатлений, полученных когда-либо в кино.

  8. buhs:

    интересная подборка. спасибо !

  9. Константин Шавловский:

    Инне
    Так как книгу мы выпустили совместно с “Амфорой”, то, надеюсь, ее уже можно купить во всех крупных и не очень книжных магазинах Москвы и Петербурга.

  10. Георгий W:

    Инне

    Вполне согласен с оценкой происходящего. Но это вполне закономерно если прийти и сказать людям, что вы и ваши родители жили в говне 70 лет, все вы маньяки и уроды.

    Поставить диагноз и не выписать рецепт - в этом есть что-то садистское, согласитесь. А также брезгливо-высокомерное.

    Честно говоря я не могу даже его назвать фильмом. А ставить его в один ряд с “Маленькой Верой”, по моему просто кощунственно и есть пригрешение против кинематографа, искусства художественного фильма.

    Примиряет меня с этим “произведением” разве что, то невероятное презрение с каким сделал Балабанов персонаж интеллегента (с этим противным голоском Маковецкого), и то что тот в конце идет в церковь креститься. Я не думаю что это такой банальный ход. Просто он таким образом говорит что он вообще думает об этих новых верующих. А также его трезвое понимание того куда это все потом пойдет (и пришло), то есть концовка фильма.
    А также его собственое презрение ко всей восхваляющей его “критической” братии.

  11. Георгий W:

    Эрнст умиляет.

    Россия уже 8 лет видит в Путине то, чего в нем нет и не без помощи г.Эрнста.

    Такой вот интересный эффект.

  12. Учитель Унрат:

    Событий года было два в одном, и оба хоть свет туши: религиозный экстаз простых зрителей в связи со средненьким “Островом” и релизиозный оргазм непростых критиков в связи с таким же посредственным “Грузом-200″. Увидеть в Балабанове мессию - то же самое, что узреть Христа в Марии Дэви Христос или Будду в Секо Асахаре. Бедные люди…

  13. И. Фрадов:

    Достаточно представить себе, как тех же трупных мух - или ту же дефлорацию - сняли бы покойные Бергман и Антониони, чтобы понять: правы те четверо (Герман, Клебанов, Лопушанский, Василенко), которые именно уход этих двоих считают событием года. Рядом со всеми “новинками” - масштаб несопоставимый. Это не кликушество и не ретроградство. В том году, когда Герман выпустит наконец свое “Трудно быть богом”, чья бы то ни было смерть - дай Бог всем здоровья - вряд ли сравнится с этим событием. А пока давайте соизмерять масштабы.

  14. ASUS:

    По поводу фильма “Груз 200″: по рассказам очевидцев,смотревших фильм,это совсем не та вычурность и гламурность,которой стараются накормить нас современными российские режисёры.

  15. Инна:

    И. Фрадову:

    Это немного другой разговор. Речь идет о кинособытиях года, о кинопроцессе, о тенденциях… Смерть великих, гениальных режисеров не может быть кинособытием, по-моему.

    Вы пишете: “Рядом со всеми “новинками” - масштаб несопоставимый”.

    Так и не стоит, по-моему, сопоставлять несопоставимое. Перед смертью - ничто не будет событием. Это принципиально другая система координат.
    Может, я не права, но мне всегда не по себе, когда смерть, горе, болезнь встраивают в канву “текущего момента”. И по этой мерке начинают замерять все остальное.
    Сейчас в СМИ подводят итоги года. И многие назвали человеком года Абдулова. Меня передернуло.

  16. И. Фрадов:

    Инне:
    Вы, безусловно, правы. Но я имел в виду именно кинопроцесс и тенденции, а не человеческое измерение. И поэтому говорил не о смерти людей, а об уходе гениев. Который всегда - по крайней мере, очень часто - вписывается в общий контекст и становится его частью. Я имею в виду, что, как ни странно, они часто уходят “вовремя”, в точный момент. Каким образом - не знаю. Таинственным. И в нынешнем кинопроцессе уход Бергмана и Антониони мне кажется невероятно значимым. Пожалуй - определяющим.
    P. S. А по поводу “года Абдулова” - еще бы не передернуло. В этой идиотской формулировке я бы и о Бергмане и Антониони не стал говорить.

  17. виктор аргус:

    прелестно — сеанс продолжает пиарить груз и при этом глушит несогласных. мое мнение было чуток грубоватым, есть грешок — но совсем как у балабанова, без перебора — понимать надо (всего-то: предложил женщине инне испытание в духе груза-200, а расторгуева отхарактеризовал в его манере). не прошло. цензура бдит. критики газуют на запорожцах.

  18. Константин Шавловский:

    виктору аргусу

    Во-первых, ни Балабанов, ни “Груз 200″ ни в чьей поддержке давно не нуждаются. И говоря, что “Сеанс” “продолжает пиарить” этот фильм, Вы, очевидно, намекаете на то, что либо мы написали мнения за всех, кто нам отвечает, либо сделали отбор по принципу “согласных” и “несогласных”. А это, извините, клевета.

    Во-вторых, Ваше сравнение собственного комментария с фильмом Балабанова (каким бы он ни был) - это глупость, и вот почему: фильм может рассматриваться как художественное произведение, а комментарий (конкретно - Ваш комментарий) - нет. Уверяю Вас, если бы Балабанов написал нечто подобное на нашем сайте - мы точно также удалили бы эту запись.
    Сайт “Сеанса” - это открытая площадка для свободной дискуссии. И не надо путать ее со стеной общественного туалета.

  19. Инна:

    Константину Шавловскому:

    Спасибо Вам.

  20. виктор аргус:

    почему каждой кухарке дозволяется ставить диагноз обществу (”нация серьёзно больна”), а попытка диагностики её самой принимается за оскорбление? риторическая фигура, не утруждайтесь. но может быть, константин, вы ответите на следующее: где матизен, кичин, кудрявцев? речь не о грузе-200 (это слишком туфта), вопрос шире: о сектантстве сеанса, об обязательной лояльности (а лучше - приверженности) догматическим установкам редакции — ведь в анкете у вас нет и трофименкова, и представителей эмпайер, чью позицию совсем недавно вы активно эксплуатировали? где они?

  21. Константин Шавловский:

    виктору аргусу

    В книге мы адресовали 5 вопросов представителям т. н. кинематографической общественности (данная подборка - это ответы только на один из них).
    А 30 критиков, выбранных “Сеансом”, отвечают на подробную анкету, которая также опубликована в книге.
    Об этом, впрочем, сказано во врезке к публикации.

  22. Учитель Унрат:

    Вы, г-н Шавловский, пытаетесь уйти от ответа, который вам задал г-н Аргус, и эта попытка выдает вашу нечестность. Вы не хотите прямо признать очевидное - то, что для “Сеанса”, который некогда старался представлять весь спектр профессиональных точек зрения на кино, появились авторы нон грата и мнения нон грата. Те же Кичин, Кудрявцев, Матизен. Или как только они с вами несогласны, они уже непрофессиональны? С другой стороны, у вас сформировался круг режиссеров, критиковать которых в вашем издании запрещено вовсе или разрешено только с коленопреклоненной позиции. По-человечески это понятно, поскольку вы с ними дружите, но это - в ущерб вашей профессиональной

  23. Учитель Унрат:

    репутации. Если вы хотите, чтобы вас считали партийным и сектантским изданием, то скоро этого добьетесь. Я уж не говорю о том, что вы потеряли уважение многих достойных людей, подружившись с г-ном Эрнстом, создателем Первого оболванивающего канала, и появившись вследствие этого в “Закрытом показе”. Неужели г-жа Аркус хочет играть ту же роль в кино, что г-н Павловский в политике?

  24. Константин Шавловский:

    Учителю Унрату
    Мне кажется, что на вопросы виктора аргуса я ответил.
    Теперь постараюсь ответить на Ваши.
    Во-первых, авторы нон-грата у “Сеанса” были с момента его основания. Как, впрочем, и у любого другого печатного СМИ во все времена. Авторы нон-грата есть у “Афиши”, у Esquire, у “Искусства кино”. Большинство изданий заказывает тексты тем авторам, которым считает нужным. А Вы считаете, что этот порядок вещей следовало бы изменить? У Вас только к нам претензии? Мы кому-то пообещали, что будем печатать всех, кто хочет писать о кино? Или, может быть, мы - единственное издание в стране, которое читают, и поэтому обязаны печатать всех подряд? Ведь нет же. да и спрашиваете Вы о другом на самом деле.
    Так вот, не буду лукавить, я понимаю, что Вы имеете в виду. Отвечу так: отрицательная рецензия на фильм “Груз 200″ в сборнике “Сеанс guide” написана Виктором Матизеном.
    Так может быть, г-н Унрат, стоит сначала посмотреть на книгу, а потом уже призывать “признавать очевидное”?

    Теперь ко второй части Вашего вопроса. Про Первый канал. “Партийным и сектантским изданием” недоброжелатели считали нас всегда. На то, впрочем, они и недоброжелатели. Кстати, Вы дословно повторили слова Константина Эрнста про “Сеанс”, опубликованные в № 29/30. Что касается “Закрытого показа”. Нам кажется, что у нас в тандеме с Первым получилась действительно интересная программа о кино. У нее есть много недостатков, но есть и масса достоинств. Давайте не будем обсуждать все остальное, что производит и показывает Первый канал, т.к. “Сеанс” к этому отношения не имеет (просто поверьте на слово, доказать не смогу все равно). Так чем же плохо то, что мы делаем программу о кино на Первом? Тем, что там Путина показывают? А где не показывают? И при чем здесь Павловский?
    Да, о Павловском - лично я считаю Ваше сравнение оскорбительным и прошу Вас извиниться за очевидную бестактность перед Любовью Аркус. Даже если Вы враждебно настроены к “Сеансу” (а это, судя по всему, так), даже если Вам не нравится то, что мы делаем, это совсем не повод переходить на личности. Во всяком случае, не здесь.

  25. виктор аргус:

    константин, вы собственноручно плеснули бензина в огонь (но до сих пор так красиво тушили, что нечем было возразить; едва не раскаялся). я о павловском. почему мимоходное сравнение с политологом, креативно подходящим к своей работе (по слухам) и создавшим миф о “всемогущих кремлевских политтехнологах”, принимается вами за оскорбление? он что - убийца, журов, вурдалак? у вас есть доказательства?теперь в пору извиняться перед павловским, если все такие культурные.

  26. Учитель Унрат:

    Г-н Матизен в вашем сборнике - точь-в-точь как негр на групповых фотографиях в американских журналах 60-х годов: одно черное лицо среди кучи белых: неприятная, но неизбежная дань политкорректности. Негр, которого нельзя обойти. Сам он этого, видимо, не понимает, иначе послал бы вас подальше. Если г-жа Аркус считает оскорбительным сравнение с Павловским, то я от него отказываюсь - обижать дам не в моем стиле. К тому же это было не утверждение, а вопрос, вызванный тем, что использованный “Сеансом” способ пиара “Груза-200″ и попытка подрыва профессиональной гильдии типологически сходны с той политтехнологией, которую в России принято связывать с именем Павловского, хотя изобрел ее не он. Если говорить об авторах и мнениях, то Вы, г-н Шавловский, или продолжаете лукавить, или искренне не понимаете, о чем идет речь. А речь идет о том, что за журнал “Сеанс” - профессиональный или политический? Если журнал хочет считаться профессиональным, он не может игнорировать профессиональные мнения, даже если они противны мнениям редакции, и профессиональных авторов, даже если между ними и руководством редакции пробежала черная политическая кошка. В прошлом году вы перешли Рубикон, отделяющий профессию от политики, но категорически не хотите этого признать, уж не знаю, почему - из самолюбия или потому, что выгоднее афишировать себя как профессиональное издание, нежели как ангажированное. Между тем это был характерный цезаристский шаг, связанный с объявлением войны и пропагандистским очернением противника. Г-н Матизен, вручивший приз побольше “Грузу-200″ и приз поменьше -”Простым вещам”, не преследовал политических целей, которые вы ему приписали в соответствии с общим правилом пропаганды, поскольку не встал ни на сторону “грузовиков”, ни на сторону “простаков”, а всего лишь отразил расклад голосов в профессиональной организации, которую возглавляет - чуть побольше голосов было подано за первый фильм, чуть поменьше - за второй. И не стал объявлять вам в ответ священной и оборонительной войны, а извинился и выполнил все требования вашего письма, аки Троцкий при заключении Брестского мира, и даже после вашего засланца Топорова, который сравнил его со спившимся завхозом и намекнул на то, что он зарабатывает не публикациями, не стал посылать в “Сеанс” Блюмкина с радиоактивным Полонием. Уж не знаю, что это с ним случилось - то ли струхнул, то ли толстовца решил из себя строить, то ли еще что задумал. Короче, если окинуть взглядом всю картину, кое-что становится ясным…

  27. Yantar:

    Учителю Унрату:
    Вас не поймешь - то Вам не нравится, что Матизена нет, а когда показывают, что вот же, есть, - тут Вам не нравится, что он как негр выглядит. А раньше он как негр на страницах “Сеанса” не выглядел? Вроде нет. А что изменилось с тех пор - его другим шрифтом напечатали, или Вы просто в курсе их раздора из-за слонов, и потому приписываете Матизену негритянский окрас?
    А что касается Кичина - я не помню, чтоб он особо светился страницах “Сеанса” раньше, то есть его не то чтобы прокляли в прошлом году в связи с какими-то особыми событиями.
    А насчет политической направленности - думается мне, Вы правы в том смысле, что у всякого уважающего себя журнала (насколько я слышала) есть редакционная политика, в соответствии с которой и решается, печатать того или иного автора или нет. А так как “Сеанс” всегда славился хорошей подборкой авторов, выходит, что своей политики он придерживается уже не первый год. Если же Вы намекаете на то, что политика журнала каким-то образом соотносится с политическими взглядами авторов, так ведь и фильм “Груз-200″ имеет политический окрас (причем каждый, кажется, воспринимает его в силу своей степени дальтонизма или его отсутствия), тут уж сам собой в политику вляпываешься.

    А вот чего Вам становится ясным, я так и не поняла. Вы считаете, что “Сеанс” политически преследует Матизена за его отрицание “Груза-200″? Или чего? Вы объясните без намеков, а то людям, далеким от политической вовлеченности, ничего непонятно.

  28. Константин Шавловский:

    виктору аргусу
    Во-первых, я не считаю профессию политтехнолога достойной (не политика, а именно политтехнолога) - но это, допустим, мое личное мнение, которое я оставлю при себе. Во-вторых, г-н Павловский - это совершенно конкретный политтехнолог, за которым идет определенная слава. Очень не хотелось бы обсуждать здесь личность Павловского, его роль в истории, его методы и т.п. Но лично мне они глубоко не симпатичны. А почему я должен извиняться за свое мнение? Я же не пишу писем Павловскому, не прихожу к нему на сайт с какими-то требованиями, не сравниваю его с Геббельсом или Азефом. Я просто говорю, что мне этот человек не по душе, и сравнение с ним любого порядочного человека (в разговоре со мной) кажется мне оскорбительным. Г-н Унрат обращался ко мне, вот я ему и ответил. Ваша реакция мне непонятна.

    Учителю Унрату
    Во-первых, я нигде не сказал, что г-жа Аркус читает оскорбительным сравнение с Павловским - я писал от своего имени. И это не какая-то блажь г-жи Аркус, а мое мнение (я его в подробностях изложил выше), и я прошу с ним считаться, если Вы разговариваете со мной. Поэтому, повторяю, извинитесь по-человечески.

    Во-вторых, что касается пиара фильма “Груз 200″. В наше доблестное время любое авторитетное мнение, озвученное публично, считается пиаром. Переубедить в этом невозможно - будешь выглядеть смешно. Впрочем, и выглядеть смешно в наше время - роскошь. Но очень уж не хочется, чтобы кто-то подумал, будто бы “Сеансу” есть за что оправдываться. Поэтому предлагаю тему закрыть. Вы считаете, что “Сеанс” занимался пиаром, а у “Сеанса” - другое мнение. Остальное - в частном разговоре.

    Теперь о самом больном вопросе. О “подрыве профессиональной гильдии”. Вы, судя по всему, очень хорошо осведомлены (что наводит меня на определенные мысли), и поэтому не можете не знать, что руководство гильдии было возмущено тем, что “Сеанс” “вынес сор из избы” - то есть обнародовал “открытое письмо” на своем сайте. Зачем же Вы провоцируете меня на открытое обсуждение этой организации в интернете?
    Поэтому, простите, я отвечу не на все Ваши вопросы/выпады. Те, что касаются фамилий, кажутся мне бестактными. Например, Виктор Леонидович Топоров - никакой не “засланец”, а очень уважаемый человек, переводчик, публицист, писатель. И его мнение далеко не всегда совпадает с мнением редакции “Сеанса” - что не мешает нам сотрудничать с ним как с автором, и советоваться с ним, как с членом редакционной коллегии. Впрочем, в отличие от г-жи Аркус, которая, как справедливо заметили Вы, дама, он может постоять за себя сам. Также, как и Матизен, которого Вы зачем-то сравнили с Троцким (тоже личность неоднозначная, мягко говоря). Вы как-то совсем не учитываете того, что все эти люди вполне себе живые, из плоти и крови, и жонглирование их фамилиями, которым Вы тут бравируете, прикрывшись псевдонимом, не делает Вам чести.

    Тем не менее, о Гильдии. Конфликт этот давний, и он гораздо старше фильма “Груз 200″. Просто так получилось, что картина Балабанова стала катализатором. При этом никакой войны никто никому не объявлял. Просто ряд критиков вышел из состава Гильдии - вот и все. О том, как были выполнены требования, озвученные в “открытом письме”, я тоже говорить не хочу - повторюсь, не мое дело обсуждать в открытой дискуссии дела организации, в которой я не состою.
    По поводу подбора авторов и “редакционной политики”, Вам ответили выше, мне добавить нечего. Разве вот только что: у нас с Вами разное понимание профессионализма. Для Вас критик N профессионал, а для нас - киножурналист, и печатать его мнение мы не считаем нужным. Вы думаете, что Вы первый, кто возмущается тем, кого печатают, а кого не печатают в “Сеансе”? Да после каждого номера это происходит.
    А теперь я, пожалуй, Вам задам вопрос. Что же Вас-то так волнует? У Вас обостренное чувство справедливости? Но его есть куда применить в нашей прекрасной стране, и гильдия киноведов и кинокритиков - это, пожалуй, последняя организация, на которую в этом смысле стоит обращать внимание.

  29. Топоров:

    Откуда взялся ник “Учитель Унрат”?
    Роман Генриха Манна, по которому снят “Голубой ангел” , называется (в разных переводах) или “Профессор Унрат”, или “Учитель Гнус”!
    ГНУС!!!
    (Unrat)
    А Любовь Юрьевна, получается, не Глеб Павловский, а Марлен Дитрих!

  30. виктор аргус:

    константин, почему я вступил в разговор — потому что я нахожусь в формате блога и могу обращаться к любому из участвующих, если сочту нужным, верно? фигура (точнее - стереотип) павловского как ясный день проявляет то, о чем говорилось: высокомерие и мессианство некоторых представителей редакции сеанса, которые делят людей как зверей на тех, кто годится, и тех, кто - нет. поэтому, груз-200 своей геббельсовской ненавистью к стране, её людям, её прошлому - это не случайный фаворит журнала, а манифест мировоззрения ‘фарцовшиков от морали’.

  31. Василий Степанов:

    Только сейчас увидел эту “увлекательную” дискуссию, и, честно говоря, не могу понять, почему до сих пор противников “Груза 200″ так волнует этот фильм. Почему так тянет к клавиатуре от одного упоминания этого фильма. Почему после прочтения мнений семидесяти человек вдруг возникают три фамилии (Матизен, Кичин, Кудрявцев). При том что в книжке, из-за выхода которой мы тут и спорим, Матизен написал на “Груз” “отрицательную” рецензию, Кичин со своей статьей представлен в пресс-дайджесте, и только Сергея Кудрявцева (sic! — теперь нас точно распнут) нет (хотите узнать мнение последнего о фильме, зайдите на его страничку в жж: там что ни неделя, то язвительное замечание на сей счет; это уже мания какая-то).
    Глупо указывать на то, что нам не интересны чужие мнения (умоляю, посмотрите книжку: статьи, пресс-дайджесты, опросы критиков - и постарайтесь рассудить справедливо), но точно можно сказать, что тем, кто так яростно накидывается на “Сеанс” из-за позиции по “Грузу”, наше мнение далеко не безразлично. Что же вас так передергивает, друзья? Оттого ли, что мы с вами не совпали? Неужели мы мешаем вам иметь свое мнение? Одному нравится, другому - нет, ну что ж делать - разошлись и забыли, разве не так?

  32. Студент:

    Ужасно, но и развели вы здесь демагогию…

  33. Унрат фон Виттерн:

    А, вот и г-н Топоров врубился. Непонятно правда, для кого его разъяснение - посетители сего блога уж наверно знают, что “Профессор Унрат” был переведен у нас как “Учитель Гнус”. Но, поскольку не все учили немецкий, кто-то может не знать, что слово “унрат” имеет к слову “гнус” примерно такое же отношение, какое сестра Гнусен к сестре Рэтчид. Традутторе – традитторе. Фамилия героя романа - Рат (рат – советник). Студиозы прозвали его Унрат (унрат - мусор, нечистоты, отбросы). А ко мне на инязе прилипла кличка Унрат фон Виттерн. Что сие значит – загляните в словарь, если кому-то интересно. Я ничего не имею против сравнения г-жи Аркус с Марлен Дитрих, поскольку в этом случае меня следовало бы назвать Эмилем Яннингсом, из чего, зная их биографии, можно было бы сделать далеко идущие и опасные для меня политические выводы, однако их г-н Топоров из-за всегдашней своей болезни недержания смыслов упустил. Но, поскольку я, по Топорову, Гнус, то г-жа Аркус, по той же логике - не Марлен Дитрих, а Лола-Лола, состоявшая с Гнусом в известных отношениях. Мне-то, ей-богу, лестно, а вот ей каково? Рубанул железный дровосек своим орудием подлого гнуса, а попал в королеву сеанса одновременной игры. Или с его стороны это «фрейдовская» проговорка, выдающая истинное отношение рыцаря к своей госпоже?

    Вам, г-н Шавловский, обидно мое сравнение г-жи Аркус с г-ном Павловским. Но я не сравнивал их личностно, поскольку с ними не знаком. Я не сравнивал также их политические убеждения, поскольку они, думается, весьма различны. Но я усмотрел определенное сходство в методах их работы, хотя области применения оных несопоставимы – г-н Павловский трудится в масштабе страны, а г-жа Аркус – в масштабе «Сеанса». Так же я вслед за г-ном Кудрявцевым усмотрел определенное сходство между советской пропагандой и антисоветским «Грузом-200». Правда, г-н Виктор Аргус (имя Матизена, а фамилия похожа на Аркус – неужели гибрид?), почуял в фильме «геббельсовскую» ненависть к России, но это никак не вяжется с великорусским шовинизмом и ксенофобией, которые Балабанову приписывали после «Братьев».

    Но оставим в покое мой никнэйм. Меня, г-н Шавловский, интересует профессиональное самоопределение. Я не только традутторе, но время от времени пишу о кино, а в качестве критика изучаю политтехнологии, то есть язык противников критики, и подумываю, не вступить ли в союз кинематографистов и тем самым в гильдию критиков, которые вроде бы никакого ущерба, кроме взносов, нанести человеку не способны, а пользу – могут. Но польза пользой, а вступать ради нее абы во что не хочется, потому, не будучи пока связан корпоративной этикой, я и пытаюсь понять, что за штука гильдия, причем выяснить это у людей, тоже ею не связанных. Конфликт – как раз такой оселок, который вскрывает многое неявное, а блог хорош тем, что под ником можно отказаться от неизбежного в обществе лицемерия, свободно говорить о фигурантах конфликта и вызывать реакцию, по которой тоже многое понятно. С вами это тем легче, что вы не склонны к психоаналитической рефлексии, что для критиков даже как-то странно. Перечли бы старика Фрейда, что ли. Так вот, про г-на (или м-ра) Матизена, точнее, про его общественную физиономию, поскольку иная мне не знакома, я все понял из его же комментов, в которых не заметил противоречий с его действиями. Его, так сказать, выборное лицо хотело, чтобы соотношение призов отражало соотношение мнений электората, что в результате и получилось, но вызвало негодование некоторой части того же электората и почему-то нескольких посторонних. Не знаю, может, какие-то процедурные детали при этом и не были учтены, но в целом демократичность налицо - два фаворита получили по награде в соответствии с числом голосов: «Груз» - подарок побольше, «Вещи» - поменьше, и никто с этим даже не спорил. Вы в письме намекали на то, что у него при этом были какие-то задние цели, но какие – до сих пор не сказали. И ваш пиар-агент или пиарреагент («засланца», как видите, вымарываю) г-н Топоров, весьма нелицеприятно охарактеризовавший означенное лицо, тоже не сказал, в чем состояла корысть обвиняемого гражданина, и чем оное лицо зарабатывает, если не своими многочисленными сочинениями. Или вы хотели сказать, что г-н Матизен всем, в том числе вам, пишет бесплатно, потому что за деньги его писания никто не покупает?

    Воля ваша, а что-то тут не то – или вы на него зачем-то врете, или боитесь сказать правду. А коллективное ваше открытое письмо, уж простите, выглядит нетрезвым, как будто писали на коллективной попойке или с тяжелого бодуна. Кто у нас «гонимый художник»? Неужели любимец братвы и русский патриот Балабанов? Да вы сами в это верите? Кто и куда посмеет гнать режиссера, в двух фильмах которого снялся сам Михалков?! Назовите нам этого смельчака! Не Матизен же это, в самом деле - у него звездочки на погонах маловаты…

    Далее, по письму, если я правильно информирована, были приняты процедурные меры по устрожению внутренней демократии, удовлетворившие подавляющее большинство подписантов, поскольку они больше ничего об этом не писали, а некоторые из пригрозивших выйти остались в гильдии. Вышел из нее только ближний круг г-жи Аркус, который позиционирует себя как самый принципиальный, самый неподкупный и самый продвинутый. Надо думать, вышли не из-за пустяков и личных амбиций, а по каким-то принципиальным, причем не макрополитическим соображениям, ведь поцарапанный вами Матизен от обцелованного вами Балабанова по степени антисоветизма не отличается, а нынешнюю Россию поносит так же, как и вы. Тем более мне интересно, чем вас не устраивает гильдия вместе с ее нынешним главой и без него, как таковая. Или все-таки это была частная ссора Иван Иваныча М. с Ивонной Никифоровной А., после которой Ивонна Никифоровна со своим двором объявила Иван Иванычу войну и ославила его организацию, а он вместо того, чтобы проявить характер, стал плакать: «Прости, родная, и вернись, я тоже все прощу»?

  34. Инна:

    Константину Шавловскому - офф-топ:

    Костантин, простите, что не по теме, но может быть, Вы в курсе, когда примерно предполагается издать сборник эссе А.Ипполитова, анонсируемый здесь, на сайте? Просто, чтоб не пропустить. Очень люблю его статьи, и книжку очень жду. А у кого спросить - не знаю.

    С уважением,
    Инна

  35. Константин Шавловский:

    Инна, сборник Ипполитова выйдет в феврале.
    Костя

  36. Инна:

    Спасибо!

  37. Виктор Матизен:

    Привет, коллеги и с Новым Годом. Разведка донесла, что в блоге «Сеанса» спрашивают, где Матизен. С интересом познакомился с мнениями и никами. Господа «Чующий грязь», «Победительный страж» (правильно я перевел???) и другие, раз вы так заинтересованы делами профессионального сообщества, вступайте в Гильдию, только под паспортными именами. Если кто хочет продолжить – пишите на форуме нашего сайта www.kinopressa.ru (скоро откроется после ремонта).

    1. Об отношениях между Гильдией и «Сеансом». Ни он с Гильдией, ни Гильдия с ним не ссорилась. Членам Гильдии не препятствуется писать где бы то ни было, даже на заборах в случае введения в стране цензуры, а «Сеанс» не отказывался (да и помыслить об этом не мог) от сотрудничества с членами Гильдии, и последние продолжают для него работать. Лично я из редколлегии «Сеанса» не выходил, и меня оттуда не выводили под белы руки, так что какой же я негр (пардон, афроамериканец)? Что главный редактор «Сеанса» с одним из своих заместителей вышли из Гильдии - жаль, но это их дело, а Гильдия не тюрьма, чтобы кого-то держать силком, и не улица с запрещенным задним ходом. Сегодня вышли, а завтра, когда в должность вступит другой президент, вернутся, коли захотят.

    2. Спасибо Татьяне Москвиной-питерской, что обратила мое внимание на хамскую и клеветническую публикацию Виктора Топорова (не в «Сеансе») о том, что случилось на «Кинотавре», где его самого не было. Не знаю и не хочу знать, с чьего голоса он пел (сопел) - отвечать за напечатанное придется ему. Не буду, естественно, ни спорить с оценками своей внешности и профессиональных качеств, ни оценивать аналогичные параметры Топорова, ни вслед за другими острить насчет сходства его фамилии и стиля, но не потерплю намеков, что я зарабатываю не журналистской деятельностью, а неизвестно чем. И советую ему или назвать иные источники моего основного дохода или извиниться, причем сделать это в двух местах – в этом блоге и на сайте-первоисточнике до 9 января 2008 г. Прошу модератора сайта «Сеанса» Константина Шавловского передать это названному господину, который, как и я, является членом редколлегии «Сеанса».

    3. О рекламе, пиаре и их отличии от критики. Все началось с того, что на «Кинотавре» вечером после показа фильма Балабанова известный режиссер поинтересовался моим мнением о картине. Я изложил ему свои соображения, которые с тех пор столько раз повторял, что здесь цитировать не буду.
    - Тогда почему вы ее пиарите?! – спросил он.
    - Кто это - «мы»? - изумился я.
    - Критики, кто же. Ты что, не читал?
    - Нет.
    - А ты зайди на сайт вашего питерского журнала, там такое понаписано, что тебе мало не покажется!
    - Но «Сеанс» - не журнал Гильдии…
    - Ты что, не понимаешь, о чем я?
    Возражать было бессмысленно: режиссеры наших тонкостей не знают и знать не хотят, а любой известный им критик для них кто-то вроде еврея, который всегда отвечает за весь еврейский народ. К тому же я понимал, что он имеет в виду репутацию нашей профессии как таковой, безотносительно к наши организациям. Я просмотрел на сайте «Сеанса» подборку мнений о «Грузе», сообщил Л.Ю. о процитированном разговоре и заметил, что бочку меда стоило уравновесить хотя бы ложкой дегтя, ибо фильм сочли шедевром далеко не все коллеги. Тогда мое сообщение и замечание ей не понравились, однако осенью «Сеанс» заказал мне статью, куда я влил ложку дегтя в надежде, что она сбалансирует вкус меда, или, если все же использовать колкое определение коллеги, решил быть таким негром, который наведет тень на белый свет. А раз в том же переплете, как пояснил замглавреда «Сеанса» (я гид не видел), оказалось и мнение Валерия Кичина, профкорректность была соблюдена, а большего желать нельзя.

    Теперь о различениях. Реклама – это заведомо некритическое расхваливание товара, неважно, за деньги, по дружбе или по причине искреннего восхищения его изготовителем, PR – распространение безоценочной информации о товаре, критика – добросовестный анализ его качеств. У нас пиар смешивают с рекламой как пиво с водкой, но мы не должны путать их ни друг с другом, ни с критикой. Гильдия, как я считаю, может заниматься пиаром, но только штучного товара, и не может заниматься рекламой. СМИ, естественно, могут рекламировать фильмы, но должны делать это открыто, не обманывая читателей. Если Вы, Костя, искренне не отличаете рекламу от критики, я сейчас выстрою тестовый ряд (на вымышленных примерах, чье сходство с действительными прошу считать случайным):
    А). Прокатная компания «Зеро-фильм» рассылает пресс-релиз фильма «Пираньи Антибского озера». Что такое пресс-релиз? Все знают: смесь информации с похвальбой, то есть пиара с рекламой.
    Б). Еженедельник «Тумба» дает «подборку мнений» о фильме «Голопуз». Читаем: ноль аналитики, чуть-чуть информации, остальное – хвала. Диагноз – скрытая реклама.
    В). Ежемесячник «Киноарт» публикует «обсуждение в редакции» фильма «Деревянный бушлат». Читается, как обсуждение доклада тов. Т.Д.Лысенко на сессии ВАСХНИЛ 1948 года. Вопрос – что это такое?
    Г). В ряде изданий одна за другой появляются слащавые «рецензии» на фильм «Оранжевые гиены», подписанные неизвестными именами. Аналогичный вопрос.

    4. И последнее. Участие нечленов Гильдии в инициированном «Сеансом» открытом письме в наше Правление мотивировалось тем, что всем вам небезразлична репутация профессии. До меня, признаться, не сразу дошло, что этот мотив – в точности тот, которым руководствовался мой кинотавровский собеседник (а режиссеры и продюсеры, что бы они нас ни говорили, ревностно за нами следят), и в точности тот, которым руководствовался я сам в разговоре с главным редактором «Сеанса». Стало быть, все мы должны согласиться с основательностью этого мотива - иными словами, с тем, что существуем в общем профессиональном пространстве, где действия одних неизбежно сказываются на других. Значит, следует принимать как должное, если «Сеанс» и в будущем инспирирует коллективное «фе» руководству Гильдии, а правление Гильдии сочтет необходимым выразить свое отношение к кинополитике еженедельника «Тумба» или ежемесячника «Киноарт». Но я продолжаю настаивать на том, чтобы обращение к общественному мнению происходило или после того, как будут исчерпаны «внутренние» средства урегулирования спорных моментов, или после того, как стороны придут к соглашению и смогут дать совместную оценку происшедшему.

  38. Топоров:

    Не понимаю тех, кто комментит в профессиональном блоге под псевдонимом. Одно из трех: либо ты стыдишься своего имени, либо - своих слов, либо - в сугубом одиночестве изображаешь под разными никами целый оркестр. Но стиль это человек, а стилек это человечек, - и твой канцелярит, о чем бы и под сколькими псевдонимами ты ни писал, выдает тебя с головой.

  39. Владислав Шувалов:

    1) По теме поста. Важнейшее событие года - кратковременное помутнение от осознания конца века кино в связи с одновременным (подумать только - одновременным) уходом двух гениев.
    2) По теме обсуждения высказаться практически нечем, поскольку многие позиции - вплоть до радикальных - озвучены, и с некоторыми из прозвучавших (причем из обоих лагерей) я согласен.
    3) По поводу высказывания, почему “Груз 200″ так волнует противников фильма, смею предположить, что волнует не сам фильм, а политика, развернутая вокруг него кинозащитниками. Мне фильм Балабанова тоже не нравится. А “волнует” он меня так, как волнует обычного человека оправдательный приговор насильнику и убийце (и ещё хуже - если упыря признают героем). Отторжение вызывает именно восхваление мизантропической позиции автора. Лично я не понимаю точку зрения одной критикессы, которая назвала “Груз 200″ - “фильмом о большой любви”. По-моему, такие глупости как раз и вызывают возмущение зрителя, которому подсовывают оскорбительную интерпретацию, выворачивая черное белым.
    4) Огромное спасибо Виктору Матизену за обстоятельный подход к темам и неожиданые ракурсы. Поскольку размолвка в стане критиков, видимо, продолжает тлеть (я - сторонний человек, уж извините, может чего не знаю), но мне очевидно желание президента Гильдии сохранить доброе имя союза (см. новогоднее обращение на “кинопресса.ру”; да и здесь - тоже). А по готовности идти навстречу я могу отделить профессионалов, радеющих за “честь профессии”, от эгоистов-скандалистов.
    5) Спасибо “Сеансу” за интересную дискуссию и предложение площадки для противоборствующих сторон. Поздравляю Вас с Новым годом! Желаю Вам в текущем году совместными усилиями (но не в ущерб индивидуальности)укрепить репутацию кинокритика [репутацию профессионального человека, способного убедительно объяснить даже режиссёру фильма, о чём тот снял свой фильм].

  40. Хесс:

    Замечательно и высказывание гоголеведа Лунгина о балабановской чертовщине как об образе невозможности любви - т.е. в достоевском понимании, об образе внутреннего ада.

  41. Топоров:

    Вот, собственно, фрагмент из статьи “Невостребованный “Груз”, или Поза прачки”, опубликованной мною на сайте “Петербургский журнал” аж 4 июля:

    “Кинокритики народ в принципе независимый. Но только, если ты, подобно нашему земляку Михаилу Трофименкову, можешь, отправившись на зарубежный фестиваль, отбить затраты блестящими заметками в десять мест сразу. В отсутствие выдающихся способностей кинонокритику приходится дружить с властями разного уровня и оттенка. Объединяет власть лишь одно: дружить с нею можно только приняв (как выражаются сами кинематографисты) позу прачки.

    Позу, в которой, кстати, насилует героиню “Груза 200″ персонаж в исполнении Александра Баширова. Тогда как критиков насиловать, получается, не надо: сами встанут как надо. И сделают все, о чем попросят. И постараются угадать еще не вербализованные желания.

    Или вы хотите, чтобы Виктор Матизен зарабатывал себе на жизнь статьями? Тогда вы сами — точно такие же чудовища, как те, кого изобразил в “Грузе 200″ Алексей Балабанов.”

    Если г-н Матизен, не вылезающий с кинофестивалей, и впрямь отбивает неизбежные расходы скудными (слава Богу!) порциями словесной жвачки собственного приготовления (и употребления), то ему - мои поздравления. И дикие извинения! Извиняюсь заодно перед Победительным Стражем, Трепещущим Гнусом (Unrat von Wittern) и остальными аватарами этого - и в своей бесцветности - колоритного персонажа.

    И отдельные извинения Татьяне Москвиной, которую не только подло подставили, но и грубо оскорбили. Это соименница у нее - Москвина-московская, а Татьяна Владимировна у нас - Москвина-всероссийская!

  42. Виктор Матизен:

    1. Топорову от страха (вполне, впрочем, оправданного) везде мерещатся Матизены. Но мои способности к имитации и метемпсихозу он сильно преувеличил. Могу поручиться лишь за способность воспроизвести стиль самого Топорова: он настолько примитивен, что это как элементарную функцию продифференцировать.
    2. Боже, неужели дикие (действительно, дикие) извинения Топорова значат, что мне удалось вбить этому господину в голову ужасное предположение, будто я зарабатываю на жизнь своими публикациями?! А теперь представьте себе несчастные издания, которые печатают мою «словесную жвачку» и платят за нее гонорары! Конечно, у многих журналов очень дурной вкус, но ведь к «Сеансу», раз членом его редколлегии состоит сам Топоров, это не относится, правда? Тогда почему же столь скверного автора, как я, печатает столь взыскательный журнал? Единственное объяснение, которое можно дать этому ужасающему компромиссу уважаемого моим недругом издания с неуважаемым им президентом Гильдии киноведов и кинокритиков состоит в том, что – цитирую процитированную Топоровым мысль, с которой совершенно согласен - «дружить с властью можно только в позе прачки». Если он намекал на причину дружбы “Сеанса” со мной, я его (Топорова, а не “Сеанс”) поздравляю.
    3. Если серьезно, топоровские представления о фестивальной жизни – представления пещерного человека. Ну какие там «расходы»?! Все оплачивается с лихвой – что-то редакцией, что-то (иногда все) самим фестивалем. А если напишешь еще куда-то, кроме пославшей мя газеты – весь в шоколаде. Особенно если сделаешь пару-тройку интервью – их как горячие пирожки расхватывают, платя иногда столько, что бедному Топорову и не снилось. Между тем работа – не бей лежачего: сядешь с хорошим человеком ужинать, нацепишь ему микрофон на лацкан или на бретельку лифчика, отдашь запись в расшифровку, подправишь, подпишешь у него – и дело в шляпе, которую я ношу на фестивалях. Кстати, единственное интервью, за участие в котором я не получил ни копейки (и ладно, поскольку старался дружбы ради) – это интервью Константина Эрнста за обедом в пляжном сочинском ресторане, данное им «Сеансу» вследствие моей месячной настойчивости и телефонных переговоров с вечно улетающим и бесконечно занятым человеком – интервью, которое было нужно не мне (мне от него нужно столько же, сколько ему от меня), а руководству журнала.
    4. Перед властью никогда не прогибался – ни перед советской, ни перед постсоветской, ни перед нынешней. Я - один из весьма немногих членов Союза кинематографистов, который говорил и продолжает говорить Михалкову в лицо малоприятные для него вещи. Я не стремился и не стремлюсь угодить также Роднянскому, Толстунову и другим, включая Господа Бога и исключая разве что Л.Ю.Аркус, поскольку испытываю к ней нечто вроде чувства, выражаемого ее именем, хотя уверен, что многие сочтут это мазохизмом. Словом, обвинение в попытке угодить власти - самое оскорбительное для критика, и ты, Топоров, мне за него ответишь, хотя вызвать хама на дуэль нельзя по причине его хамского происхождения, а бить немощного старика палкой джентльмену не подобает.
    Ну да ничего – найду способ, не впервой нам, Матизенам, быдло учить.
    5. Чем я «подставил» и «оскорбил» Татьяну Владимировну Москвину? Тем, что теперь ей грозит страшная месть Топорова? Но я поблагодарил ее только за то, что она обратила мое внимание на заметку г-на Топорова, а “хамской и клеветнической” назвал эту статейку я, но не она. Если Т.В. обидно мое определение “Москвина-питерская”,
    прошу прощения, но, по-моему, определение “питерский” только красит человека. Самого Топорова питерским я бы не назвал ни за что – это значило бы оскорбить свой родной (я в нем родился и жил) город. P.S. Владиславу Шувалову. Сударь, спасибо за понимание - дорогого стоит. Надеюсь, что Топоров, у которого после сего письма обострится мания преследования, не примет Вас за мое воплощение.

  43. Константин Шавловский:

    Витя, у меня к Вам один вопрос появился. Почему, когда Вас обвиняют в “нетрудовых доходах”, Вы так ругаетесь и грозитесь, а когда ведущих критиков пытаются обвинить в том же самом (имеется в виду вот эта публикация), это Вас уже не волнует? Когда люди на Ваших глазах (и в этом блоге, и в реальной жизни) пытаются подмочить репутацию профессионального журнала (только потому, что его редакция открыто заявила о своей гражданской позиции по поводу фильма “Груз 200″, который этим господам не нравится) - почему это не кажется Вам возмутительным? Я могу понять завистников, клеветников, даже сумасшедших, но Вас, президента Гильдии киноведов и кинокритиков - не понимаю. Если уж Вы к месту и не к месту вспоминаете о своем президентстве, то почему забываете о нем там, где склоняют имена Ваших коллег (решительно при этом неважно, состоят они в профсоюзе или нет)? И почему учтиво разговариваете с режиссером, который порет горячечный бред (да и сам признается в этом пару месяцев спустя), вместо того, чтобы сказать веско: “Саша, ты не прав, не может этого быть, потому что этого не может быть никогда”? Или у Вас тоже закралось подозрение , что Сельянов заплатил “Сеансу” за публикацию хвалебных отзывов на фильм “Груз 200″ до “Кинотавра”? Тогда, может быть, прав Виктор Леонидович, т.к. такая мысль может возникнуть либо у того, кто знать не знает ничего о “Сеансе”, либо у того, кто сам нечист на руку (завистников, клеветников и прочих вражин я в этом перечислении, понятное дело, опускаю).

  44. Наталья Нусинова:

    Коллеги,
    вам не кажется, что ваш обмен оскорблениями вышел за пределы допустимого?
    Это не дискуссия, а отвратительная свара – действительно, коммунальная кухня. И тут уже невозможно сказать, не только, кто прав, а кто виноват, а просто – кто в этой ситуации выглядит отвратительней, потому что с обеих сторон были допущены оскорбления и переход на личности, и ни у одной из сторон не хватило достоинства НЕ ОТВЕТИТЬ.
    В результате в трудный момент, когда нам надо всем объединиться, чтобы не потерять то немногое, что у нас еще осталось, вы ссоритесь друг с другом и тем ослабляете нашу общую профессиональную позицию.
    Вы позорите уважаемый мною журнал «Сеанс», на сайте которого происходит эта склока (Люба, зачем ты допускаешь это?), уважаемую мною Гильдию Киноведов и Критиков, президент которой участвует в той же сваре, используя недопустимые выражения (Витя, еще сегодня утром я считала, что в твой адрес написали безобразное письмо, но зачем ты ответил на том же уровне?).
    Чего вы все хотите добиться? Можно выйти из Гильдии, можно бойкотировать журнал – но ведь мы не можем выйти из профессии. И поэтому мы обязаны быть корректны по отношению друг к другу. Я не хотела вмешиваться – но то, что происходит сейчас, это уже компрометация всего профессионального сообщества. Эту, с позволения сказать, «дискуссию» ведь читают не только наши коллеги, - какое впечатление создастся об уровне интеллигентности представителей нашей профессии?
    Кажется, поругались критики. Я – киновед, это другой отсек того же цеха. Но значит, я могу взглянуть немного со стороны. И поверьте, со стороны это выглядит ужасно.
    И еще одно. Я живу в Москве, а работаю в разных странах мира. Я не привыкла делить киноведение по географии. И тем более я не могу делить профессию по городам. За дискуссией явно ощущается конфронтация Москвы и Питера. Это также недопустимо. Я очень уважаю питерских киноведов и очень ценю наше сотрудничество. Мы плодотворно и хорошо вместе работаем и собираемся работать дальше. Это касается историков кино, но я уверена, что и критикам из обеих столиц совместная работа была бы полезна.
    Мы все плывем в одной лодке. Давайте ее не раскачивать – море и без того неспокойное.
    Все войны имеют конец.
    Пора прекратить и эту.
    С уважением (но не за эту «дискуссию»)
    Наталья Нусинова.

  45. Константин Шавловский:

    Наташа, спасибо за Ваш комментарий.
    Так как спрашивать за публикацию этой дискуссии в блоге “Сеанса” следует с меня, а не с Любы, то попытаюсь как могу оправдаться.
    Когда мы пытались ограничить поток слов, которые извергают из себя наши комментаторы, нас обвинили в цензуре. После этого я принял решение, что модерировать буду только откровенное и недоспустимое хамство. И поэтому последние комментарии Матизена и Топорова стоило бы не публиковать, извинившись перед их авторами.
    Но Виктор Эдуардович сам попросил Виктора Леонидовича выяснить с ним отношения на этом сайте. В результате мы наблюдаем очень неприятный разговор, который, тем не менее, говорит всего лишь о том, что критики - тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. А комментарии в блоге - это же почти курилка: кто-то об Эйзенштейне рассуждает, кто-то обсуждает “Иронию судьбы”, а кто-то вспоминает о том, что Афоня ему рубль должен.
    По поводу Москвы и Ленинграда - мне кажется, что “Сеанс” и есть плод совместного сотрудничества критиков, публицистов и писателей обоих городов. Все остальное - от лукавого.
    С уважением
    Костя Шавловский

  46. зельвенский:

    ой как тут интересно, оказывается!

  47. Виктор Матизен:

    Наташа, извини, если перегрубил с Топоровым - занесло. По сути, я всего лишь обвинил его в клевете, но не вешал на него собак, как он на меня. Костя, вы невнимательно меня читаете. Я не говорил, будто Сельянов заплатил “Сеансу” за подборку хвалебных мнений на сайте. Этому нет доказательств, и потому действует презумпция невиновности. А субъективно я в это НЕ ВЕРЮ. Думаю, что вы в пресловутой первой подборке мнений о “Грузе” просто переборщили с похвалами художественно средней, но “гражданственной” картине. А потом не смогли сдержать негодования, что награду Гильдии, пусть и в 8 раз меньше объемом, дали еще одному фильму. Опросив свидетелей, вы могли бы легко выяснить, что этот вопрос был поставлен на голосование и не встретил возражений, но вы этого не сделали, а предпочли бездоказательно обвинить меня в самовольном решении, хотя единственный мой грех - то, что от усталости я не зафиксировал кворум, а на сцене из-за предшествующей нервотрепки недостаточно ясно сформулировал, что приз Гильдии вручается Балабанову, а Попогребскому - диплом со слоненком. Ваше негодование по пустяковому для других поводу дало еще один повод трезвонить, что вы пиарите тире рекламируете “Груз”. Неужели вы до сих пор этого не поняли? Поскольку ваше письмо меня сильно задело, я, наверно, и в самом деле защищал “Сеанс” от нападок без особой твердости. Так или иначе, если верить вашим словам (а я верю), “Сеанс-гид”, которого я еще видел, скорректировал акценты, и можно считать, что инцидент исчерпан. Людей, возводящих на вас напраслину, впредь буду одергивать более решительно. Неплохо было бы, чтобы вы поступали изометрично и не попусту не обвиняли меня в самоуправстве. Согласны?

  48. Виктор Матизен:

    Поправка: еще не видел. И все, я отключаюсь - “Белый Слон” на носу. Как я уже писал в “Новых Известиях”, ваш любимый “Груз”, судя по всему, будет основательно номинирован - все критики давно обозначили свои предпочтения. Ну и ладно.

  49. Топоров:

    Косте и, в основном, Любе

    Слово не воробей.
    Разумеется, я не желаю оставаться “с ними, Матизенами” в одной редколлегии и предлагаю Вам незамедлительно определиться, кого из нас двоих (или обоих?) вывести из состава.
    С благодарностью приму любое решение.

  50. Ванечка:

    Сколько книжек могли бы написать, эхх.

    Но, вообще, странноватый подбор “экспертов”.

  51. Kord:

    Честно.. мне из наших последних фильмов нравится “Нулевой километр”.. О Москве, как она есть..

  52. Владислав Шувалов:

    Разрешите узнать, готовит ли “Сеанс” ответ на резкую статью Кичина в позавчерашней “РГ” ?

  53. Виктор Матизен:

    Итак, уважаемые коллеги, лучшим фильмом 2007 года по версии Гильдии киноведов и кинокритиков признан “Груз 200″, лучшим режиссером - Кира Муратова (”Два в одном”), “Александра” получила важнейший приз за лучшую женскую роль, сосредоточившую в себе суть фильма, “Простые вещи” взяли двух “Слонов” за мужские роли, а “Ничего личного” - значимую награду за женскую роль второго плана.
    Таким образом, “Груз” остался лидером года, хотя несколько наиболее активных его сторонников, вышедших из Гильдии, не приняли участия в голосовании. Иными словами, летняя буря в стакане воды не оказала никакого влияния на годовой результат. Но при этом любопытно заметить, что если бы регламент наших призов предполагал такую систему голосования, при которой в финал выходят ровно два фильма, то на “Кинотавре” победили бы “Простые вещи” (так как “Александра была вне конкурса), а на “Белом Слоне” - “Александра”, поскольку почти все сторонники “Простых вещей” отдали бы голоса фильму Сокурова.
    Остается добавить, что благодаря правильному позиционированию в премиальном пространстве церемония этого года вызвала небывалый интерес СМИ и небывалое стечение VIP-персон, наглядно продемонстрировав авторитет Гильдии и Национальной премии кинокритики и кинопрессы “Белый Слон”.

    Статьи Андрея Плахова и моя см. по адресам:
    http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=844200&NodesID=8
    http://www.newizv.ru/news/2008-01-22/83013/

    А вот стихотворение Дмитрия Быкова (он вместе с Ларой Малюковой вел церемонию), посвященное “Сеансу” победе “Груза”:

    Не знаю, право, прав ли я, не прав ли, –
    Но как прекрасно, что отмечен так
    Устроивший скандал на «Кинотавре»
    Кровавый балабановский маньяк.

    Он расколол сообщество экспертов,
    Элиту киноцеха, соль земли,
    Чего ни Эйзенштейн, ни Дзига Вертов,
    Ни Параджанов сделать не смогли.

    Такого не придумал бы и Маркес,
    И Кафка не придумал бы, боюсь:
    Пять петербуржцев вместе с Любой Аркус,
    Задрав хвосты, покинули союз.

    Но в наши дни, когда мы всем союзом
    «Груз 200» вознесли на пьедестал, –
    Разделаться пора и с этим грузом,
    Которым наш раскол нелепый стал.

    О Аркус! Улыбнись и рассияйся!
    Шавловский и Савельев, дайте пять,
    И пусть команда вашего «Сеанса»
    Пополнит нашу гильдию опять.

    Когда у критиков бывает драка –
    Выигрывает только гопота.
    Нельзя, чтоб из-за жалкого маньяка
    Слоны друг другу рвали хобота.

  54. И.Манцов.:

    Нельзя, чтоб из-за жалкого маньяка
    Слоны друг другу рвали хобота,

    - это феерично)

  55. Андрей Плахов:

    Андрей Плахов
    (при участии Елены Плаховой)

    Не только Быков или Алла Боссарт
    Способны рифмовать и ямбы плесть.
    Хоть Балабанов далеко не Моцарт,
    Но что-то поэтическое есть

    В его маньяках, жмуриках, уродах.
    Парадоксально: пресловутый «Груз»,
    То проклятый, а то воспетый в одах,
    Чуть не разбивший профсоюзных уз,

    Как чистый саспенс, поиграв на нервах,
    В итоге все оставил так как есть,
    Чтоб не считаться на вторых и первых,
    Чтоб не впадать ни в злобу и ни в жесть.

    Нет худа без добра, губа не дура.
    Не знать бы, кабы не попутал бес,
    Что можно жить на свете без гламура
    И даже не под крышей СТС.

  56. Аркус:

    Игорю Манцову
    Солнышко, объяснись.

  57. И.Манцов.:

    Любе Аркус.

    Ну, последняя строка быковского стиха - густая такая, жестко-выразительная; понравилось!
    То есть вот стих - по нарастающей, грамотно очень организован. “Полуграмотное” словечко “хобота” - создает новый контекст.
    Как-то так)))

  58. Дмитрий Быков:

    Люба, я думаю, ты не злишься?
    Я же от любви, Люба!
    И я горячо желал бы на земле мира, а в человецех благоволения.

  59. случайный прохожий:

    красота! время пролетело незаметно, а вроде так спать хотелось. и в конце катарсис. Кино!

  60. кувшинова:

    зельвенскому. стас, наша прошлогодняя алена пропала. на письма не отвечает, на мобильном автоответчик.
    может, поищешь другой вариант? у тебя хорошо получилось. рома тебе передает привет.

  61. lex est:

    Только что наткнулся на дискуссию по поводу «Груза 200» и никак не могу понять, почему никто не пишет, что сценарий этого фильма — это переложение «Святилища» Фолкнера? Чрезвычайно мощной и несравненно более богатой драматургически и эмоционально вещи. В варианте Балабанова все обкарнано. По-моему, другой расклад получается.

Оставьте комментарий

Вы можете использовать следующие теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <code> <em> <i> <strike> <strong>

Подписаться на комментарии